Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: память (список заголовков)
16:22 

Все о жизни.

Стезя
«Спасибо всем, кто нам мешает»

Спасибо всем, кто нам мешает,
Кто нам намеренно вредит,
Кто наши планы разрушает,
И нас обидеть норовит!

О, если б только эти люди
Могли понять, какую роль
Они играют в наших судьбах,
Нам причиняя эту боль!

Душа, не знавшая потери,
Душа, не знавшая обид,
Чем счастье в жизни будет мерить?
Прощенья радость с чем сравнит?

Ну как мудреть и развиваться
Без этих добрых злых людей?
Из ими созданных препятствий
Возникнут тысячи идей,

Наполненных добром и светом
И повторю я им сто раз:
СПАСИБО ВАМ за всё за ЭТО,
Ну что б мы делали без ВАС?!

© Валентин Гафт


Мне шепчет мама.



А очередь была - на три квартала.
Но мы стояли.
И к исходу дня
Буханка нам по карточкам досталась
(Две детских и служебная одна).
Мы шли домой.
Вдруг маму пошатнуло.
И, побледнев,
как часто в эти дни,
Она мне сумку с хлебом протянула:
- Неси, сынок,
смотри не урони!
А над больною мамой стыло небо,
И запад был
в багровых облаках.
А я тащил не просто сумку с хлебом,
Я жизнь семьи
держал в своих руках...
Давным-давно те годы миновали,
Но ничего не поросло быльем,
Ведь мы не на веселом карнавале,
А в жизни человеческой живем.
И надо мной бывает небо низким,
А горизонт в багровых облаках,
И чувствуешь особо: счастье близких,
Спокойствие семьи -
в твоих руках.
От клеветы и от измен скорбя,
Я все равно не стану жить как легче.
Ведь мне
из детства
мама тихо шепчет:
- Смотри, сынок, не урони себя!

© Юрий Николаев


Ленинград.

Жизнь устроена так, что без лишних вопросов
Нас бросает судьба то туда, то сюда.
Мы все время в пути, мы всегда на колесах,
В бесконечную даль нас зовут поезда.

Но в горячих степях и в сибирских буранах,
И под ласковым солнцем, и в дождик, и в град,
Несмотря ни на что, мы храним постоянно
Мысль о том, что вернемся в родной Ленинград.

Кто-то может сказать: "Право, что за охота
В постоянной разлуке с любимыми жить?"
Что поделать, друзья, что поделать - работа.
Нам без этой работы никак не прожить.

Но в горячих степях и в сибирских буранах,
И под ласковым солнцем, и в дождик, и в град,
Несмотря ни на что, мы храним постоянно
Мысль о том, что вернемся в родной Ленинград.

Пристегнулись ремни и взревели моторы.
Под крылом замерцали огни площадей.
До свиданья, родной! До свидания,город
Самых светлых надежд и любимых людей.

И в горячих степях и в сибирских буранах,
И под ласковым солнцем, и в дождик, и в град,
Несмотря ни на что, сохраним постоянно
Мысль о том, что вернемся в родной Ленинград.

Ноябрь, 1982, Сочи.

© Игорь Тальков

ТОГДА

Ошибаешься, мальчик! Зла - нет.
Зло сотворить Великий не мог.
Есть лишь несовершенство.
Но оно так же опасно, как то,
что ты злом называешь.
Князя тьмы и демонов нет.
Но каждым поступком
лжи, гнева и глупости
создаем бесчисленных тварей,
безобразных и страшных по виду,
кровожадных и гнусных.
Они стремятся за нами,
наши творенья! Размеры
и вид их созданы нами.
Берегися рой их умножить.
Твои порожденья тобою
питаться начнут. Осторожно
к толпе прикасайся. Жить трудно,
мой мальчик, помни приказ:
жить, не бояться и верить.
Остаться свободным и сильным.
А после удастся и полюбить.
Темные твари все это очень
не любят.
Сохнут и гибнут
тогда.
1916 г.
© Николай Рерих.

@настроение: ностальгия

@темы: жизнь, о вере, о детстве, память

21:42 

Марья Куприянова. хельга

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
хельга

хельге тринадцать — то есть, уже большая.
лезет с вопросами, бегает и мешает
вечно стремится выразить свой протест
маме перечит, кашу почти не ест
между тем, у неё все есть:
дельфин по имени Людвиг
папа, который маму совсем не любит
игрушек ворох
братик, сестрички, взрослые разговоры.
все говорят: война завершится скоро
мы потеряли город.
дети читают Гёте и верят в чёрта
треплют его по холке, целуют морду
чёрт неизменно вьётся у них под боком
благо, нет связи с Богом.
бункер затих, на утро сготовят пудинг
к вечеру тут в живых никого не будет
(вальтер отца, тревожные голоса,
мамины слезы — цианистая роса)
хельга ложится в десять и тушит лампу
ночь обнимает хельгу пушистой лапой
снится ей рыбный, пряничный, вольный город
снятся тюльпаны и незнакомый говор
папа и мама вышли на Дамрак-штрассе
девочка Анна машет рукой с террасы
солнце дельфином пляшет в воде канала
утро не скоро, страха как не бывало
чёрт поправляет Хельгино одеяло
прячет в кармане ампулу люминала
молча садится рядом.
где-то гремят снаряды и гибнут люди
где-то беззвучно плачет забытый Людвиг
мама не спит, она выбирает платье
смерть — это вроде свадьбы, все дело в дате
хельга во сне смеётся, ей вторит Анна
пышно цветут тюльпаны.

@темы: политика, память, о смерти, о детстве, о войне, история, Куприянова

14:22 

Я тебя никому не отдам

Князь Вежич
данмерский колдун
Я тебя никому не отдам –
часто мама мне в детстве твердила,
я ершился и ныл, что есть силы,
чтоб сбежать поскорее к друзьям.

Я тебя никому не отдам –
тряс отец, как щенка прижимая,
…так бывает, что мам не бывает…
подрастёшь – догадаешься сам.

Я тебя никому не отдам –
и застыла ладонь на коленях
той, что стала моим вдохновеньем
к самым первым и глупым стихам.

Я тебя никому не отдам -
ты как в день нашей свадьбы прошепчешь,
шмыгнешь носом, прижмёшься покрепче,
ночь как жизнь разделив пополам.

Я тебя никому не отдам –
наша дочка мне плюхнет в подушку,
разозлясь, что мои конопушки
разбрелись у неё по щекам.

Жизнь порой посылает к чертям,
но когда мне становится плохо –
есть слова, что мешают мне сдохнуть, -
… я тебя никому не отдам…

(С) Павел Покровский

@темы: философия, память, о любви, Павел Покровский

16:00 

И. Бунин - "Одиночество"

Девушка из ниоткуда
В жизни, наверное, нет двух одинаковых дней, двух одинаковых нет и на земле людей... ©
Иван Бунин - "Одиночество"

И ветер, и дождик, и мгла
Над холодной пустыней воды.
Здесь жизнь до весны умерла,
До весны опустели сады.
Я на даче один. Мне темно
За мольбертом, и дует в окно.

Вчера ты была у меня,
Но тебе уж тоскливо со мной.
Под вечер ненастного дня
Ты мне стала казаться женой...
Что ж, прощай! Как-нибудь до весны
Проживу и один — без жены...

Сегодня идут без конца
Те же тучи — гряда за грядой.
Твой след под дождем у крыльца
Расплылся, налился водой.
И мне больно глядеть одному
В предвечернюю серую тьму.

Мне крикнуть хотелось вослед:
«Воротись, я сроднился с тобой!»
Но для женщины прошлого нет:
Разлюбила — и стал ей чужой.
Что ж! Камин затоплю, буду пить...
Хорошо бы собаку купить.

@темы: философия, природа, память, одиночество, о расставании, о любви, Бунин

15:25 

стихотворение Давида Самойлова

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".


*

Жаль мне тех, кто умирает дома,
Благо тем, кто помирает в поле,
Припадая к ветру молодому
Головой, закинутой от боли.

Подойдёт на стон к нему сестрица,
Поднесёт родимому напиться.
Даст водицы, а ему не пьётся,
А вода из фляжки мимо льётся.

Он глядит, не говорит ни слова,
В рот ему весенний лезет стебель,
А вокруг него ни стен, ни крова,
Только облака гуляют в небе.

И родные про него не знают,
Что он в чистом поле помирает,
Что смертельна рана пулевая.
...Долго ходит почта полевая.

@темы: песни, память, о смерти, о войне, Самойлов

15:21 

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".


Alan Sillitoe

Love in the environs of Voronezh

Love in the environs of Voronezh
It’s far away, a handsome town
But what has it to do with love?
Guns and bombers smashed it down.

Yet love rebuilt it street by street
The dead would hardly know it now
And those who live forget retreat.

There’s no returning to the heart:
The dead to the environs go
Away from resurrected stone.

Reducible to soil and snow
They hem the town in hard as bone:
Beyond the outer zones of Voronezh.

---

перевод С. Филюшкиной

@темы: переводы, память, о смерти, о войне, городское, Силлитоу, Sillitoe, English

02:04 

Игорь Растеряев. Георгиевская ленточка

Елена А.
...
а в прикалывании георгиевских лент на грудь я ничего плохого не вижу. это не «в виде брошки».


*

За окнами весенний лес летит,
Я еду в ленинградской электричке.
Напротив меня девочка сидит
С георгиевской ленточкой в косичке.

Сегодня эту ленточку носить
На сумке можно, можно — в виде брошки,
Но я прекрасно помню и без лент...

@темы: песни, память, о войне, лес, времена года, весна, Растеряев

02:06 

стихотворение Даны Сидерос

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
За обедом он говорит:
надевай нарядное, мы идём на концерт.
Будет квартет, пианист-виртуоз в конце.
Бросай своё макраме, я купил билет.

Она говорит: Нет.

Ты только представь себе:
начнётся пожар,
посыплются стены, асфальт поплывёт, дрожа,
а я в лёгком платье, в бусах и без ножа,
на каблуках,
в шелках,
в кружевах манжет —
как же я буду бежать?

Он думает: вот-те на, нас опять догнала война.
Варвара совсем плоха,
едва зацветает черёмуха,
начинается вся эта чепуха.
А я ведь тоже видел немало,
над головой три года свистело и грохотало.

Досадует: вот ведь, взяла манеру
пугаться каждого звука.
Тогда завели бы сына, сейчас бы нянчили внука.
А так, конечно, отвлечься нечем,
прогулка — история всякий раз.
Разве бы я её не укрыл?
Разве не спас?

Он доедает свой хлеб,
и кусочек откладывает
про запас.


@темы: память, о любви, о войне, городское, Дана Сидерос

18:59 

Анатолий Жигулин. Отвлекающий десант

Елена А.
Отвлекающий десант –
Двадцать девять краснофлотцев.
Отвлекающий десант…
Скоро, скоро кровь прольётся!

Отвлекающий десант
С хрупкой маленькой подлодки.
Наливает лейтенант
По сто грамм казённой водки.

И ясна, понятна цель,
Невозможное – возможно:
Взять посёлок Коктебель
И держаться – сколько можно.

Налететь, напасть, отвлечь –
Без подмоги, в непогоду.
И навеки в землю лечь.
В эту землю, в эту воду.

Отвлекающий десант.
Есть такой в морском уставе.
Отвлекающий десант –
Верный путь к посмертной славе.

…Болью полнится душа
На краю волны и суши:
Двадцать девять ППШ
Против сотни вражьих пушек!..

После всех побед и бед
Их припомнят и прославят.
Через тридцать долгих лет
Здесь им памятник поставят.

На воде растаял след…
Двадцать девять краснофлотцев!..
Через тридцать долгих лет
Лишь один сюда вернётся.

Лишь один остался жив.
Плакал горькими слезами,
Две гвоздики положив
На холодный серый камень.

@темы: Жигулин, море, о войне, память

17:58 

Анатолий Жигулин. Углянец

Елена А.
вспомнилось по ассоциации со стихотвореньем Кедрина в подборке в дневнике У-2_кукурузник.


*

За стылым лесом, за болотом,
Где сизый дым в траву упал,
Ходи куры под заплотом
Из старых прокопчённых шпал.

Ещё там мельница стояла,
Четыре сумрачных крыла.
И сено жёлтое пылало
На взгорке около села.

Мы просто мимо проходили.
Был виден домик и заплот.
И весело зенитки били
В большой зелёный самолёт.

И не попали, не попали,
Хотя так низко он летел!
И чёрные дымки пропали
Вдали, где ельничек редел.

И плечи тёр тяжёлый ранец,
И на ходу сказали мне,
Что где-то здесь село Углянец,
Оно осталось в стороне.

Лишь помню руки сбитых веток,
Шальную кошку на избе.
Да был ли он, Углянец этот,
Когда-нибудь в моей судьбе?

Но в памяти, где брезжит юность,
Всё догорает тот стожок,
Который там
Тот самый «юнкерс»
Своими пулями зажёг.

@темы: Жигулин, о войне, память

23:18 

ОШИБКА - стихо-е Саши Чёрного

Это было в провинции, в страшной глуши.
Я имел для души
Дантистку с телом белее известки и мела,
А для тела -
Модистку с удивительно нежной душой.

Десять лет пролетело.
Теперь я большой:
Так мне горько и стыдно
И жестоко обидно:
Ах, зачем прозевал я в дантистке
Прекрасное тело,
А в модистке
Удивительно нежную душу!
Так всегда:
Десять лет надо скучно прожить,
Чтоб понять иногда,
Что водой можно жажду свою утолить,
А прекрасные розы - для носа.

О, я продал бы книги свои и жилет
(Весною они не нужны)
И под свежим дыханьем весны
Купил бы билет
И поехал в провинцию, в страшную глушь:
Но, увы!
Ехидный рассудок уверенно каркает: Чушь!
Не спеши -
У дантистки твоей,
У модистки твоей
Нет ни тела уже, ни души.


.

Саша Чёрный

@темы: жизнь, о любви, о расставании, память, философия

20:32 

Поэт Юрий Окунев

Pink elephant
Поэзия - искусство вычитания.
Избавь от фраз и научи молчанию.

Слова мне дай, словесность отними,
Чтоб так же, как деревья, пред людьми

Они и молча явственно звучали
Безмолвием и естеством печали.

Не поучая, как входить в сердца,
Не договаривая до конца.

Ты обошлась без слов. И в этот миг
Молчанья твоего я ученик.


читать дальше

@темы: о поэзии, память, философия

00:22 

Валентин Берестов. Мир

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
Нет, слово МИР останется едва ли,
Когда войны не будут люди знать.
Ведь то, что раньше миром называли,
Все станут просто жизнью называть.

И только дети, знатоки былого,
Играющие весело в войну,
Набегавшись, припомнят это слово,
С которым умирали в старину.

@темы: Берестов, о войне, о детстве, память

22:20 

Константин Симонов. Ледовое побоище /отрывок из поэмы/

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
На голубом и мокроватом
Чудском потрескивавшемся льду
В шесть тыщ семьсот пятидесятом
От сотворения году,
В субботу пятого апреля
Сырой рассветною порой
Передовые рассмотрели
Идущих немцев тёмный строй.

На шапках – перья птиц весёлых...


@темы: память, о войне, Симонов

22:50 

Эдгар По. Ворон

-Christi-
За дверь я выгнан в ночь, Но выйти вон и сам не прочь - Ты без меня хоть застрелись - Все решат, что это твой каприз.Повтори его на бис...
Как-то в полночь, в час угрюмый, утомившись от раздумий,
Задремал я над страницей фолианта одного,
И очнулся вдруг от звука, будто кто-то вдруг застукал,
Будто глухо так застукал в двери дома моего.
"Гость, – сказал я, – там стучится в двери дома моего,
Гость – и больше ничего".


Ах, я вспоминаю ясно, был тогда декабрь ненастный,
И от каждой вспышки красной тень скользила на ковер.
Ждал я дня из мрачной дали, тщетно ждал, чтоб книги дали
Облегченье от печали по утраченной Линор,
По святой, что там, в Эдеме, ангелы зовут Линор, -
Безыменной здесь с тех пор.


Шелковый тревожный шорох в пурпурных портьерах, шторах
Полонил, наполнил смутным ужасом меня всего,
И, чтоб сердцу легче стало, встав, я повторил устало:
"Это гость лишь запоздалый у порога моего,
Гость какой-то запоздалый у порога моего,
Гость – и больше ничего".


И, оправясь от испуга, гостя встретил я, как друга.
"Извините, сэр иль леди, – я приветствовал его, -
Задремал я здесь от скуки, и так тихи были звуки,
Так неслышны ваши стуки в двери дома моего,
Что я вас едва услышал", – дверь открыл я: никого,
Тьма – и больше ничего.


Тьмой полночной окруженный, так стоял я, погруженный
В грезы, что еще не снились никому до этих пор;
Тщетно ждал я так, однако тьма мне не давала знака,
Слово лишь одно из мрака донеслось ко мне: «Линор!»
Это я шепнул, и эхо прошептало мне: «Линор!»
Прошептало, как укор.


В скорби жгучей о потере я захлопнул плотно двери
И услышал стук такой же, но отчетливей того.
"Это тот же стук недавний, – я сказал, – в окно за ставней,
Ветер воет неспроста в ней у окошка моего,
Это ветер стукнул ставней у окошка моего, -
Ветер – больше ничего".


Только приоткрыл я ставни – вышел Ворон стародавний,
Шумно оправляя траур оперенья своего;
Без поклона, важно, гордо, выступил он чинно, твердо;
С видом леди или лорда у порога моего,
Над дверьми на бюст Паллады у порога моего
Сел – и больше ничего.


И, очнувшись от печали, улыбнулся я вначале,
Видя важность черной птицы, чопорный ее задор,
Я сказал: "Твой вид задорен, твой хохол облезлый черен,
О зловещий древний Ворон, там, где мрак Плутон простер,
Как ты гордо назывался там, где мрак Плутон простер?"
Каркнул Ворон: «Nevermore».


Выкрик птицы неуклюжей на меня повеял стужей,
Хоть ответ ее без смысла, невпопад, был явный вздор;
Ведь должны все согласиться, вряд ли может так случиться,
Чтобы в полночь села птица, вылетевши из-за штор,
Вдруг на бюст над дверью села, вылетевши из-за штор,
Птица с кличкой «Nevermore».


Ворон же сидел на бюсте, словно этим словом грусти
Душу всю свою излил он навсегда в ночной простор.
Он сидел, свой клюв сомкнувши, ни пером не шелохнувши,
И шептал я, вдруг вздохнувши: "Как друзья с недавних пор,
Завтра он меня покинет, как надежды с этих пор".
Каркнул Ворон: «Nevermore».


При ответе столь удачном вздрогнул я в затишьи мрачном,
И сказал я: "Несомненно, затвердил он с давних пор,
Перенял он это слово от хозяина такого,
Кто под гнетом рока злого слышал, словно приговор,
Похоронный звон надежды и свой смертный приговор
Слышал в этом «Nevermore».


И с улыбкой, как вначале, я, очнувшись от печали,
Кресло к Ворону подвинул, глядя на него в упор,
Сел на бархате лиловом в размышлении суровом,
Что хотел сказать тем словом Ворон, вещий с давних пор,
Что пророчил мне угрюмо Ворон, вещий с давних пор,
Хриплым карком: «Nevermore».


Так, в полудремоте краткой, размышляя над загадкой,
Чувствуя, как Ворон в сердце мне вонзал горящий взор,
Тусклой люстрой освещенный, головою утомленной
Я хотел склониться, сонный, на подушку на узор,
Ах, она здесь не склонится на подушку на узор
Никогда, о nevermore!


Мне казалось, что незримо заструились клубы дыма
И ступили серафимы в фимиаме на ковер.
Я воскликнул: "О несчастный, это Бог от муки страстной
Шлет непентес – исцеленье от любви твоей к Линор!
Пей непентес, пей забвенье и забудь свою Линор!"
Каркнул Ворон: «Nevermore!»


Я воскликнул: "Ворон вещий! Птица ты иль дух зловещий!
Дьявол ли тебя направил, буря ль из подземных нор
Занесла тебя под крышу, где я древний Ужас слышу,
Мне скажи, дано ль мне свыше там, у Галаадских гор,
Обрести бальзам от муки, там, у Галаадских гор?"
Каркнул Ворон: «Nevermore!»


Я воскликнул: "Ворон вещий! Птица ты иль дух зловещий!
Если только Бог над нами свод небесный распростер,
Мне скажи: душа, что бремя скорби здесь несет со всеми,
Там обнимет ли, в Эдеме, лучезарную Линор -
Ту святую, что в Эдеме ангелы зовут Линор?"
Каркнул Ворон: «Nevermore!»


"Это знак, чтоб ты оставил дом мой, птица или дьявол! -
Я, вскочив, воскликнул: – С бурей уносись в ночной простор,
Не оставив здесь, однако, черного пера, как знака
Лжи, что ты принес из мрака! С бюста траурный убор
Скинь и клюв твой вынь из сердца! Прочь лети в ночной простор!"
Каркнул Ворон: «Nevermore!»


И сидит, сидит над дверью Ворон, оправляя перья,
С бюста бледного Паллады не слетает с этих пор;
Он глядит в недвижном взлете, словно демон тьмы в дремоте,
И под люстрой, в позолоте, на полу, он тень простер,
И душой из этой тени не взлечу я с этих пор.
Никогда, о, nevermore!

(2002) Перевод М. Зенкевича

@темы: Эдгар По, философия, память, о любви

16:16 

Игорь Шкляревский. Послевоенное танго

Елена А.
Вот, одинокий оборванец,
я приглашаю Вас на танец,
и это танго Вы танцуете со мной —
в старинном парке — вечером — весной.
Вот, я веду Вас неумело,
рука от страха онемела,
ужасно близко Ваше тело,
у Вас в глазах — таинственная даль.
Скрипит дощатая веранда,
под тополями курит банда,
мне не уйти. Но мне себя не жаль.
Танго
и в окнах развалин золотое сиянье заката.
Усмехается Сталин с плаката,
и сирень расцвела на валу.
Сзади свист, и все ближе расплата.
Светит месяц в разбитом окне,
тянет гарью из мёртвого танка...
По глухим пустырям, как во сне,
я домой Вас веду после танго...

@темы: Шкляревский, вечер, городское, жизнь, о войне, память

13:09 

Олег Митяев. В осеннем парке

Елена А.
20:23 

Елена Фанайлова. (Фрейд и Корчак)

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
понравился только отрывок /концовка/. его и привожу.


. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Почему война? – перед войною
Снова спрашивал еврей настырный
У другого бедного еврея,
Ригорист, релятивист и стоик,
Растеряв учеников и дочек
И сестричек навсегда оставив
Там, где не заказывают столик,
Даже если при деньгах и празден
И куда пошел поляк упрямый
Иррациональный параноик


@темы: философия, память, о смерти, о войне, Фанайлова

18:57 

Татьяна Гнедич. Кошка

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
Время что-то медлило немножко:
Шли часы. И ночь как будто шла,
Но цепляясь — за косяк, за ножку,
За мечтанье, за узор стекла...

В середине ночи призрак — кошка
Мягко соскочила со стола,
Соскочила и пошла к окошку —
Посмотреть, как вьюга занесла...

И в густом молчанье слышно было,
Как она по комнатам бродила,
Нюхала кастрюльки и лари,
Как она заглядывала в крынки,
Двигала иссохшие корзинки
И лакала проблески зари...

Ленинград, декабрь 1942

@темы: Татьяна Гнедич, времена года, времена суток, городское, зима, кошки, ночь, о войне, память

16:40 

Новелла Матвеева. Елизавета и Шекспир

Е. А.
"Ты гори, невидимое пламя".
Когда почиют, грешный мир отринув,
Монархи, вознесённые судьбой,
Нам остаются кости властелинов:
Бездушный прах, такой же, как любой.

Покуда мир становится товаром
Других купцов, какие понаглей,
Благодаря — фактически! — фиглярам
Мы, если помним — помним королей.

По милости бродячего актёра
О дальнем веке столько разговора,
Что в тьме времён теперь светло, как днём!

Клянусь Шекспиром и Елизаветой:
Не он писал при королеве этой,
А королева правила — при нём.

@темы: Новелла Матвеева, Шекспир, история, о поэзии, о поэтах, об искусстве, память, философия

любимые стихи

главная